Формат:
175

2009.05.09-18 Пещерные города Крыма

День 1. 9 мая 2009 года
Прекрасно осознавать, что все начинается.
Прекрасно осознавать, что начинается то, о чем думал 2 года.
Прекрасно осознавать, что проект, над которым трудился 2 года, стартует!
Ранее утро, не очень холодно и даже пасмурно. Еду по практически пустому МКАДу, плавно обгоняя полусонных дачников, которые решили выехать пораньше.
07:00. Первая заправка на Симферопольке оказалась не совсем рядом от МКАД и пришлось пропилить около 4 км с мыслью, а не стушуются ли остальные экипажи. Нет – не стушевались. Первым прибыл экипаж БТ50. Далее прирулили поморы на CRV и Pajero, которые ещё не стали поморами, а точнее, они ещё не знали, что станут поморами (хотя ими и являлись изначально), т.к. их архангельско-северодвинско-вельские корни позволяли им говорить с легким акцентом и выделяться из всех нас более светлым цветом кожи. Знакомство, наклейки наклеек «Пещерные города Крыма 2009» на борта наших машин, заправка до полных баков, утренний кофе и ВПЕРЕД.
Через 300 км на заправке нас наконец-то догоняет L200 с ещё тремя участниками путешествия!
Вот как описывать дорогу, когда надо проехать 1500 км. Ну да, асфальт, ну да, разметка, ну да скорость от 60-80-100-120 км/ч, обгон-торможение и все с многократными повторами и эпизодическими остановками в туалет (на одной из которых был найден первый артефакт – череп с клыками)…
Самое интересно – я забыл все рации, которыми должен быть обеспечить все машины в колонне. Они красивой батареей проводили меня утром и остались на посту – заряжаться дальше. Многое, конечно, можно было бы решить с помощью этих электронных устройств, но… в другой раз. Как оказалось немного позже, я забыл ещё и налобные фонари в количестве 3х штук там же. Они должны были ехать в компании в кейсе с рациями. Но хорошо, что это все, что я забыл. Не без этого. Так вот, движение по трассе немного монотонно и однообразно. Запоминаются, в большинстве случаев, остановки, а так – едешь себе и едешь. 9 мая мы не могли просто так проехать мимо монумента на Курской дуге, и почтили память погибших воинов минутой молчания на монументе.
Прохождение границы туда
Пограничный пункт «Нехотеевка»
Фур практически нет. Легковых перед нами с десяток. Лучше названия для ПП, конечно, придумать нельзя. Мы с мультфильмовского детства помним афоризмы капитана Врунгеля Как вы лодку назовете, так она и поплывет»… И тут ситуация примерно такая. Зарплаты у всех бюджетников, конечно, не стимулируют их к быстрому выполнению своей работы и они ищут всевозможные способы простимулироваться дополнительно. Всем участникам экспедиции было дано четкое руководство-инструкция о прохождении границы. Все четко следовали данному правилу. На русской стороне прошло все более-менее быстро и спокойно с заполнением деклараций. А вот въехав на «вражескую» территорию, началось. На вопрос «Вы первый раз или помогали?» все, естественно, дружно отвечали «Помогали». 400 рублей с человека делали свое дело, наше перемещение через ПП стало намного бодрее. Украинские таможенники игриво нас приветствовали, просили открыть багажники, а там ОГО-ОГО. Нет, не подумайте, что оружие или наркотики, просто туристическая снаряга в должном количестве. Предотвращая разгрузку машины для показа всего-всего, была предложена очередная символическая феодальная проездная мзда в виде 1000 рублей за машину. Один из таможенников философски заметил «Вы же потом напишете в Интернете, как я у вас тысячу взял…» Видимо, в мозгу таможенника возник апофеоз работы остатков совести и утреннего вступительного слова начальника «Смотрите мне, берите аккуратнее, что бы не писали в Интернете!». Чуть более часа и вот мы все собираемся уже на Украинской территории и делимся эмоциями, тем более у половины экипажей подобное приключение состоялось в первый раз.
Созвонившись с хорошим знакомым из Харькова, была получена разнарядка, что после города Краснограда есть населённый пункт Натальино, в котором есть пару приличных гостиниц. 100 км по старому симферопольскому шоссе и мы подъезжаем к первому отелю, который представляет собой гостинично-ресторанный комплекс. Заходим узнать как и что. Мрак, холод, девочка с сильно подведенными глазами (почему-то очень запомнилась, бррр) пытается понравится, очень быстро говорит и как обезьянка совершает большое количество мелких движений каждым мускулом своего тела, чем, скорее всего, вводит в ступор и гипнотический транс многих приезжающих. При пересчете всех участников у меня получается 15 человек, количество свободных мест в гостинице – 14. Масса вариантов от «на полу», «в ванне», «а постелим вам в сауне, как остынет», отметаются и я еду в следующую и, что бы вы думали, приличная гостиница, совсем не как первая! Гостиница «Лесная» встречает нас бойкой, но скоромной женщиной, которая уверенно собирает со всех деньги (120 гривен с человека) и быстренько расселяемся, с договоренностью через 5 минут встретиться в ресторане при гостинице. Это был первый сбор, когда мы все сидели друг на против друга и нам особо некуда спешить. Естественно, практически все незнакомы. Предварительная встреча с двумя экипажами уже убрала эффект «первого свидания со стеснением», только поморы держаться группкой. Обсуждаем дорогу, увиденное, произошедшее, улыбаемся. Дядя Юра заявляет, что совсем не плохо было бы помыть запылившуюся от моросящего дождика и пыли на трассе машину. На что Вера уверенно заявляет «Мы первый день в пути, Юра! Откуда такие понты?». Как можно догадаться, в ещё несформированной компании заявлять подобное нужно быть очень смелой, что Вера и доказала в последствии, но слово не воробей, вылетит – не поймаешь и фраза «Откуда такие понты!» стала ключевой и решающей во многих следующих диалогах в экспедиции.

День 2. 10 мая 2009 года
Утро прекрасно, солнечно и тепло.
Вы что-нибудь знаете про новую неоткрытую трассу Харьков-Запорожье? Нет? А я знаю! Т.к. ездил по ней уже пару раз в прошлые поездки по Украине по совету местных ДАИшников (ДАИ – Державна Авто Инспекиция, так мило – на всех постах написано «ДАЙ»). Выезжаем после плотного завтрака на эту шикарную трассу. Трафик – нулевой. Дорожное полотно на 5 с плюсом. По три полосы в каждую сторону с разделителем. Здесь под лёгким грибным дождиком мы достигли максимальной скорости за поездку в 160 км/ч. И практически за час преодолели 140 км до Запорожья. Далее, в Мелитополе есть замечательный перекресток, на котором нет указателей и очень плохо виден светофор. Нас там и приняли. Заплатили по 200 гривен с машины за «остановку на перекрестке» (хоть и включили аварийку), т.к. замешкались, не зная куда повернуть. Спорить не стали. Единственный штраф по дороге туда. Кстати, за скорость нас ни разу не поймали, а засад на трассе хватало, нам повезло – ДАИшники они всегда были заняты обработкой свежепойманного улова и на нас внимания не обращали. Ну и, конечно, взаимовыручка в виде моргания «дальним» светом выручала очень много раз.
Перед Симферополем решаем остановиться на перекус в Рыбацкой деревне. Размах деревни поражает. И гостевые домики, и бани, и мельница, и вообще красиво ухоженная территория. Но в наш приезд нет света и из меню только шашлык и овощи. Вкушаем и 50 км до Бахчисарая, в окрестностях которого запланирован лагерь.
Около получаса выясняем у нескольких местных жителей дорогу до места (они почему-то не могут рассказать). Далее был экстремальный участок через лес с хорошим набором высоты и интересными кренами. Как оказалось, поморы берегли свою CRV и выпускали впереди гонца, что бы тот загибал ветки во избежание царапин на дорогом поморском лаке. И вот выбрано место с шикарной естественной поляной, на которой удобно можно расположить костер, тент и некоторое количество палаток для размещения 14ти человек. Около часа все заняты своими делами и вот – палатки спрятаны по углам поляны, тент натянут, столы со стульями выставлены, можно готовить ужин!
Заметка. Многие говорят, что коллектив — это ничто. Но я не согласен. В Рыбацкой деревне нам принесли 13 порций шашлыка вместо 14ти заказанных. Дядя Юра остался бы без мяса, но мы каждый отдали ему по кусочку и поняли: ВМЕСТЕ МЫ — СИЛА! И точно преодолеем все трудности, которые возникнут в экспедиции.

День 3. 11 мая 2009 года
Если кто когда-либо узнает – как прекрасно крымское утро, которые ты видишь, открыв глаза из палатки, тот обязательно будет стремиться повторить это! Вот и я, попадая в четвёртый раз в крымские походы, открываю глаза и слушаю безумное пение птиц и смотрю на тени от веточек, играющих на пологе моей палатки под добрым и теплым солнышком.
Шакира, кстати, спокойно спит и даже не думает просыпаться. Что делает пьянящих горный воздух с городской собакой! Она спит и даже не представляет, сколько у неё впереди приключений!
Утро в лагере, а точнее – Первое Утро в Лагере, похоже на шевелящуюся кучу муравьев, т.к. настройка быта в ночи – это не настройка быта под теплым солнышком. Ночью сильным порывом ветра сорвало тент и с утра мы решили укрепить его, добавив по 2 растяжки на уже имеющиеся. Получилась эдакая сороконожка размером 4х8 метров, которая укрывала нас своим синим брюшком от сильного солнышка и моросящего дождя. Завтрак на природе…кофе…чай…бутерброды… Почему на природе так вкусно?
Небольшие сборы и мы, оставив дежурных Олега и Юру в лагере, отправляемся на Чуфут-Кале. Встретили там замечательного экскурсовода, который и поведал нам о многих секретах этого пещерного города.

Экспедиционный отчет. Часть 1. Чуфут-Кале.
Чуфут-Кале является самым сохранившимся и наиболее посещаемым из всех городов, запланированных на нашем маршруте. Снизу, с дороги хорошо видны три скалистых мыса, один из них — оконечность плато Чуфут-Кале. Так же у подножия этого города есть восстанавливающийся руками братии христианский Успенский монастырь. Здесь сохранились дом игумена и руины небольшой часовни, пещеры хозяйственного и культового назначения, пещерные кельи в громадах отвесных скал, гостиный дом и другие здания. Широкая лестница ведет от дороги к монастырскому кладбищу и в пещерную церковь с колоннами и остатками росписи.
Успенский монастырь был основан в конце VIII — начале IX веков и просуществовал с перерывами около тысячи лет. Его возникновение связывают с так называемым иконоборческим движением в Византии. Начало ему положил византийский император Лев III Исавр (717—741), издавший эдикт против почитания икон. Константин V (741—775) созвал церковный собор, который осудил иконопочитание как идолопоклонство. При этом преследовались далеко не религиозные цели — императоры стремились сломить экономическое могущество церкви.
Крупные монастыри ликвидировались, их имущество и земля переходили в собственность государства, здания превращались в казармы; монахов силой заставляли вступать в брак или отправляли в армию.
Крутые меры властей вызвали бегство иконопочитателей в отдаленные области империи. Массы беглых монахов стекались и в Крым; по-видимому, именно они основали в долинах рек, в обрывистых скалах монастыри Качи-Кальон, Шулдан, Челтер, Инкерманский, Успенский.
Избежав разгрома, учиненного монголо-татарами в 1299 году, Успенский монастырь во времена Крымского ханства стал центром православной церкви в Крыму. Он был резиденцией митрополита. Здесь иногда присутствовали на богослужении пленники-христиане, а случалось, и русские послы к крымскому хану. Чтобы привлечь местное христианское население на свою сторону, закрепить политическое влияние на него, русские цари поддерживали монастырь материально. Об этом говорят грамоты царя Федора Иоанновича и Бориса Годунова.
В годы борьбы России с Турцией за Крым, чтобы ослабить экономику Крымского ханства, русское правительство добилось переселения христиан в Северное Приазовье. Духовенство Успенского монастыря сыграло главную роль в идеологической подготовке православного населения полуострова к переселению. Организация переселения была поручена А.В. Суворову. Вместе с прихожанами ушли и монахи. Монастырь опустел и частично разрушился. В середине XIX века он был восстановлен и назван Успенским скитом.
Во время первой героической обороны Севастополя 1854—1855 годов в кельях, гостином доме и других постройках монастыря размещался офицерский госпиталь. Умерших от ран хоронили на монастырском кладбище или напротив скита внизу, где до сих пор сохранились надгробья. Успенский скит закрыт в 1921 году. Однако в уцелевших гостиных домах во время Великой Отечественной войны размещался военный госпиталь. Сейчас в них живут инвалиды и престарелые, находящиеся на государственном обеспечении.

На самом плато сейчас очень много зелени — роща вековых деревьев грецкого ореха, лещина, кизил, можжевельник, дикая груша и лиана ломонос. На голубом фоне неба четко выделяются строения «воздушного города», как назвал Чуфут-Кале один из современников А.С. Пушкина. Кажется, что его дома и крепостные стены подобно орлиным гнездам прилепились прямо на неприступной отвесной скале.
Чуфут-Кале расположен на плато горного отрога, господствующего над тремя глубокими долинами. Сама природа подготовила неприступную строительную площадку, а человек возвел на ней город, усилив естественную защиту крепостными сооружениями. Есть предположение, что он был построен в X—XI веках после гибели соседнего Кыз-Кермена.
История города, особенно ранняя, изучена недостаточно. Она становится более ясной с конца XIII века, когда войска бея Яшлавского из орд темника Золотой Орды Ногая захватили крепость. Одна из крымских легенд гласит, что татары долго не могли взять Чуфут-Кале, пока в конце концов не пошли на хитрость: создали видимость наступления большого войска… День и ночь били барабаны, непрерывно подавались команды. Инсценировка всеобщей атаки продолжалась несколько суток. Бдительность защитников крепости притупилась. Выбрав момент, осаждающие пробили оборонительную стену в уязвимом месте и ворвались в крепость.
Захватив город, мужчин-воинов татары истребили, остальных обратили в рабство… Они разместили здесь свой гарнизон и назвали его по-своему — Кырк-Ор (сорок укреплений). Дотатарское название города не установлено.

На рубеже XIV и XV веков впереди восточной линии укреплений татары поселили караимов-ремесленников, которые для защиты своей слободы построили вторую оборонительную стену. Так возникла новая часть города. Довольно быстро Кырк-Ор стал крупным торгово-ремесленным центром юго-западного Крыма.
По достоинству оценив крепость, первый крымский хан Хаджи-Гирей в XV веке превратил старую часть города в свою укрепленную резиденцию. Она укрывала ханов во время междоусобиц, была надежным убежищем в период их борьбы с Золотой Ордой. В конце XV века уже Менгли-Гирей заключил договор с московским князем Иваном III о совместном наступлении на Золотую Орду. После ее разгрома Крымское ханство заметно усилилось. Значение Кырк-Ора как крепости упало, и Менгли-Гирей переселился в новую, специально построенную столицу — Бахчисарай.

Старый город оставался своеобразной цитаделью Бахчисарая и местом заточения знатных пленников. В конце XV века здесь находился в заточении литовский посол Лез, в 1648 году — польский гетман Потоцкий. В 1572 году в тюрьме сидел любимец Ивана Грозного Василий Грязной. Три года томился в тюремном застенке русский посол Василий Айтемиров, посланный в Крым для заключения мирного договора. С этой же целью прибыл к хану в конце XVII века князь Ромодановский — видный политический деятель при Петре I. Хан тоже посадил его в тюрьму, где князь просидел три года. Но самые тяжелые испытания выпали на долю русского воеводы В.Б. Шереметьева. В 1660 году в битве под Чудновом он был захвачен в плен и тайно перевезен в Бахчисарай. Только через одиннадцать месяцев об этом узнали в Москве и начали переговоры о выкупе. Зная, что Шереметьев любимец царя, хан потребовал за него города Казань и Астрахань. Но русское правительство не могло пойти на это, да и Шереметьев отказался купить свободу такой дорогой ценой. Его заточили в темницу на Чуфут-Кале, и провел он там двадцать один год. О тяжелой участи Шереметьева красноречиво говорит его письмо к русскому царю Алексею Михайловичу; «Хан мучил меня, никого так никто не мучает, которые есть государевы люди у мурз, у аг и у черных татар. Кандалы на мне больше полпуда; четыре года беспрестанно я заперт в палату, окна заделаны каменьем, оставлено только одно окно. На двор из избы пяди не бывал я шесть лет и нужу всякую исполняю в избе; и от духу, и от нужи, и от тесноты больше оцынжал, и зубы от цынги повыпадали, и от головных болезней вижу мало, а от кандалов обезножел, да и голоден».
Только в 1681 году воевода был выкуплен родственниками. Беспомощным, искалеченным, ослепшим стариком вернулся Шереметьев на родину. Мужество, непреклонная воля, любовь к родине помогли ему выдержать плен, перенести долгие годы тяжкой неволи. Но жить на свободе не пришлось. Через полгода он умер.
В крепости держали не всех пленников, а только тех, кто был знатен и мог себя выкупить. Бедняков продавали в заморское рабство в Кафе — главном центре работорговли на полуострове или в Бахчисарае. Многие влачили рабское существование в Крыму.
С середины XVII века татары покидают Кырк-Ор; там остались жить только караимы. Татары считали их евреями, поэтому город с этих пор стали называть Чуфут-Кале, что в переводе означает «Еврейская крепость». После ухода татар караимы жили здесь еще больше двух столетий.

Караимы жили в Крыму замкнутой религиозной общиной, по быту и одежде не отличались от татар, говорили на татарском языке, но сохранили и свой. Занимались торговлей и ремеслом, отчасти земледелием и скотоводством. У более зажиточных лавки и мастерские находились в Бахчисарае.
После включения Крыма в состав России караимы объявили себя ее приверженцами. Вскоре царское правительство признало, что караимы не евреи, и предложило им некоторые привилегии, в частности разрешило жить на всей территории империи.
С этого времени Чуфут-Кале стал пустеть. Жители покидали плато с его суровыми условиями жизни и переселялись в Бахчисарай, Симферополь, Евпаторию. В 1852 году с Чуфут-Кале ушли последние обитатели. В путеводителе конца прошлого века читаем: «Вряд ли еще где найдется город, который производил бы столь сильное, подавляющее впечатление полным отсутствием жизни».
Подступы к южным воротам защищала оборонительная стена, вдоль которой идет последний марш дороги. Защитники крепости со стены осыпали нападающих градом стрел, забрасывали камнями и дротиками, поливали расплавленной смолой и кипятком. Сами же они могли отойти к пещерам против входа и продолжать борьбу. Пещеры расположены в четыре яруса и соединяются между собой.
У второго поворота дороги, справа в скале — вертикальная вырубка, внизу заметны следы порога. Слева, за развалинами нескольких жилых домов, находится полуразрушенная стена, отделявшая от городских кварталов незастроенную часть плато. Этот пустырь сейчас называется Бурунчак. От него на восток, до средней оборонительной стены тянется «старый» город.
Севернее ее проходит улица Бурунчакская. По ней двигались телеги и арбы в западную часть плато, на Бурунчак. По-видимому, там в дотатарское время был рынок. В дни военной опасности на этой обширной площади могли укрывать свой скот и имущество жители окрестных деревень.
Южнее Средней лежит улица Кенасская, названная так потому, что на ней находятся караимские молитвенные дома — кенасы. Улицы соединялись узкими переулками. Средняя улица и переулки не были проезжими, по ним могли пройти только люди и вьючные животные.

В XVI веке, уже после расширения города, в Чуфут-Кале было свыше четырехсот домов, население достигало четырех-пяти тысяч человек. Дома строились в большинстве двухэтажные, стояли почти вплотную друг к другу. Стены, как правило, клали из тесаного камня, на глине; двускатные или односкатные крыши покрывались черепицей местного производства.
Идя по Средней улице на восток, попадете на небольшую площадь. На нее выходят и две другие улицы — Бурунчакская и Кенасская. Сразу же за площадью, слева от Кенасской улицы, видны остатки мечети, построенной в 1346 году. Недалеко от развалин мечети — хорошо сохранившийся мавзолей Джаныке-ханым. Он восьмигранный, построен в XV веке. Много раз его ремонтировали и реставрировали, но делали это неумело, и свой первоначальный вид памятник утратил. Резная арабская надпись на каменном своде двери гласит о вечности загробной жизни. Внутри мавзолея установлено надгробие из местного известняка. На нем высечена надпись на арабском языке: «Это гробница знаменитой государыни Джаныке-ханым, дочери хана Тохтамыша, скончавшейся в 1437 году».
За мавзолеем к северу плато круто обрывается. Отсюда, с высоты, открывается изумительный вид на долину Ашлама-Дере. Необычайно красива и панорама Главной гряды Крымских гор с их самой высокой вершиной Роман-Кош (1545 м).
В 1825 году Чуфут-Кале посетил Адам Мицкевич. Может быть, он стоял именно здесь, и эта великолепная картина вдохновила великого польского поэта на создание стихотворения «Дорога над пропастью в Чуфут-Кале», вошедшего в «Крымские сонеты».
Крепость действительно была неприступна со стороны обрыва. Лишь у самого его края вырублена в толще скалы пещера, откуда просматривалась вся долина. Вдоль обрыва, так же располагается самая ранняя оборонительная стена, построенная в Х—XI веках вместе с городом. Она пересекала плато поперек. С обоих концов ее усиливали башни. В 10—11 метрах от стены — большой крепостной ров длиной 65, шириной — 4, глубиной — до 2 метров. Но он не доходил до края скалы — оставался проход к вылазной калитке в северной части оборонительной стены (там до сих пор сохранилась небольшая лестница, которая ведет в малый оборонительный ров).
Ближе к воротам, по преданию, находился монетный двор. В стене видны вырубки для балок, поддерживавших крышу. Монета здешней чеканки с надписью «Кырк-Ор» была серебряной с большой примесью меди. Ее называли «гнилой деньгой» и брали неохотно.
Над вторым малым рвом со временем построили жилой дом, а сам ров использовали как хозяйственное полуподвальное помещение, из которого по ступеням можно было попасть в две большие пещеры-подвала.
Слева от монетного двора есть восточная стена. Длина ее — 128 метров. Сложена она из камней равной величины и по качеству кладки хуже средней. Стену построили караимы в конце XIV — начале XV веков для защиты новой части города. В XVI веке, вероятно, в правление Менгли-Гирея, стену и башни перестраивали. В это время дубовые ворота обили кованым железом, а в башнях и на парапете стены устроили бойницы для огне-стрельного оружия. Слева от ворот видна орудийная амбразура — необычайная редкость в крепостных стенах того времени. С внешней стороны над воротами укреплена мраморная плита с грубо высеченными на ней знаками, смысл которых не разгадан. Выехать из города или въехать в него можно было только через эти ворота.
. Взобравшись на башню можно осмотреть местность. Перед крепостной стеной слева у дороги виден большой бассейн, вырубленный в скале. В нем собирали дождевую воду для хозяйственных нужд и питья скоту. Дальше на плато в последнее время существования города был рынок. Левее на холме стояла ветряная мельница. Впереди по дороге, в верховье Иосафатовой долины, среди деревьев и кустарников скрыто древнее караимское кладбище.
Пешеходы пользовались тротуарами из каменных плит. На Главной улице сохранились два жилых дома XVIII — начала XIX веков. В большом доме слева до конца своих дней жил известный караимский ученый, знаток древних рукописей, А.С. Фиркович. Он часто путешествовал по Египту, Палестине, Турции, Кавказу и Крыму в поисках сведений о своем народе. Фирковичем собрано много старинных караимских и еврейских рукописей, книг и надгробных надписей. Эта уникальная коллекция, представляющая большую ценность, ныне хранится в Санкт-Петербурге в Публичной библиотеке им. М.Е.Салтыкова-Щедрина.
Продолжая путь от дома Фирковича к воротам в средней оборонительной стене, обратите внимание на их расположение. Влево стена уходит под углом, справа она выступает вперед. Находясь на ней, защитники крепости могли поражать штурмующего врага с правого фланга и частично с тыла. К тому же прямой подход к воротам преграждал ров, который дорога в город обходила слева, делая изгиб. В 1299 году татары не смогли прорваться через ворота в город. Они нашли уязвимый участок и пробили стену южнее, там, где перед нею не было рва. Впоследствии пролом заложили, но более мелким камнем. Это место и сейчас хорошо заметно.
Полотно ворот не сохранилось, но, вероятно, они были двустворчатыми, дубовыми, такими же массивными, как и восточные. На ночь и в момент опасности ворота запирались на засов. В скале под аркой ворот вырублен желоб, по которому в город был проложен водопровод из гончарных труб. Подойдя к крепости, водопровод огибал южную часть большого рва. На территории города желоб прослеживается на расстоянии до 15 метров от ворот. Остатки водопровода обнаружены раскопками и под стеной «монетного двора». Гончарные трубы, сделанные из хорошо обожженной красной глины, соединялись известковым раствором, а желоб был накрыт двумя рядами небольших каменных плит. Сооружение водопровода предположительно относят ко времени основания города, строительства средней оборонительной стены.
Когда водопровод перестал действовать, жители вынуждены были брать воду из источников, находившихся вне города. Для хозяйственных нужд и скота собирали дождевую и снеговую воду в вырубленных в скале колодцах. Их было на Чуфут-Кале несколько.
У южного обрыва хорошо сохранились караимские кенасы. Напротив входа во дворик — кенаса XIV века. Она находилась в старой части города, возможно, потому, что в то время еще не построили восточную оборонительную стену, а святыню нужно было надежно укрыть. К тому же расположение молитвенного дома на территории татар давало им дополнительную власть над караимской общиной. Кенасу окружает терраса с каменными колоннами. Здесь верующие отдыхали в ожидании богослужения. Совершив обряд омовения перед входом в молитвенный дом, они ставили обувь в специально сделанные ниши. Терраса была также местом собраний, где решались вопросы религиозного и попечительского характера, а иногда вершился суд над нарушителями старинных нравственных и религиозных предписаний. Вторая кенаса появилась значительно позже, в XVIII веке.
Внутри устройство кенас одинаково. В первом маленьком зале, отделенном перегородкой, сидя на скамейках, молились старики, в большом зале — мужчины. Женщины размещались на балкончике, за деревянной решеткой. Пол большого зала был покрыт коврами, на потолке подвешены люстры. Сохранились кольца для их крепления. Крючки в стенах служили для закрепления концов веревок, на которых висели люстры. Для лучшего резонанса в стены зала вмонтированы голосники (кувшины). На боковых полках лежали молитвенники. В шкафчиках, дверцы которых украшает художественная резьба, хранилась религиозная утварь, в одном из них — центральном — свитки Торы (священные тексты иудеев).
Недалеко от кенас, к сожалению, неизвестно, где именно, находилась караимская типография, созданная в 1731 году. Это была первая типография на Крымском полуострове. Деревянный древнееврейский шрифт для нее выписали из Венеции. Печатались книги большей частью религиозного содержания, на некоторых указано место печатания — «Кале». Последнее издание в Чуфут-Кале вышло в 1805 году, типография была переведена в Евпаторию.
Кенасами заканчивается знакомство с Чуфут-Кале. Выйдя через южные ворота, спуститесь в Иосафатову долину и поверните налево. В средние века здесь проходила дорога. Она заросла кустарником и деревьями и сохранилась лишь местами. Идя по ней, попадете к старому караимскому кладбищу. Кладбище это довольно обширно. Некогда на нем росли вековые дубы, рубить которые считалось великим грехом. Поэтому татары называли кладбище Балта-Тиймез (буквально: «топор не коснется»). Здесь сохранились старинные надгробия из известняка. В поздний период богатым ставили памятники из мрамора. В это место традиционных захоронений караимов привозили хоронить не только из других городов России, но иногда даже из-за границы.

Наслушавшись рассказов про Чуфут-Кале, осмотрев практически каждую пещеру, мы двинули смотреть Свято-Успенский монастырь, историю которого я поведал выше. Оказалось, что с собакой вход на территорию монастыря запрещен (об этом мне любезно сообщили охранники), и я остался у ворот со своим верным четырёхлапым коричневым другом. Ребята посетили молельную комнату, вырубленную в скале. Так же набрали воды в святом источнике, бьющем прямо у подножия монастыря. Довольные и немного усталые мы двинулись обратно в лагерь, на восток, дорогой, проходящей через само ущелье. И где-то через километр от монастыря мы попали на древнее караимское кладбище. Я не очень люблю кладбища и поэтому его фотографий и видео не будет в отчете. Если вы когда-нибудь попадетё на Чуфут-Кале, то не пожалейте часа и обязательно спуститесь к кладбищу. (Интересно, в каких-нибудь путеводителях есть подобные советы «прогуляйтесь по красивому кладбищу»?) Оно занимает огромную территорию, плотно заросшую большими дубами. Множество могильных плит разных форм и размеров разместились временем в хаотичном порядке. По размерам и формам можно судить о возрасте (есть маленькие камни и огромные) и социальном статусе усопшего (башенки, орнамент и т.п.). Поражает искусство высеченных надписей. Глубина пробитых букв – около 20 мм, думаю, что бы время долго не стирала эти надписи и потомки помнили и чтили свои корни. Богато оформленные кладбища, да ещё XV-XVII веков — знак о том, что караимы, жившие в то время здесь, были совсем не бедным, а процветающим народом. Не буду вдаваться в подробности, но по кладбищу мы шли тихо-тихо. И, знаете, испытали на себе умиротворённое воздействие этого места.
А тем временем, в лагере во всю готовились к нашему приезду Юра и Олег. Смастерили макароны с тушёнкой – и это был первый полноценный ужин на природе! Вкуснота! Днем они делали мелкие дела по лагерю, съездили за продуктами и за водой на родник. Подставляли свои поморские тела под лучи весеннего крымского солнца. Как приятно вернулся в лагерь, где готова горячая еда!
ПРО СПОНСОРОВ
Думал написать про спонсоров в конце, но напишу сейчас, т.к. их вклад в нашу экспедицию был весомым, очень приятным и, самое главное, НЕОБХОДИМЫМ ДЛЯ УЧАСТНИКОВ.
Отдельным блоком в этом отчете хотелось бы упомянуть о приятных вещах, которые дали нам с собой спонсоры!!! Спонсорами экспедиции выступили 2 компании: Marmot и EAZY GRILL . Огромное спасибо выражаю от своего лица лично и от каждого участника экспедиции по отдельности Норе Тереховой (Marmot) и Ефиму Рогинскому (EAZY GRILL). Начну с описания, как мы «делили» подарки от спонсора Marmot. Заранее дома я подготовил списки всего снаряжения, которое вручила мне Нора в Москве. В списке оказалось 42 позиции: рубашки, футболки, брюки, куртки, флиски, кепки, термостаканы и термокружки, а так же фрисби! Я распечатал этот список и нарезал полосками, что бы устроить в лагере беспроигрышную лотерею! Устроил! Все радовались как дети. Кружка с кручеными билетиками прошла по столу практически 3 круга. Главное в происходящем было то, что не люди выбирали бумажки, а призы выбирали людей. Все досталось кому нужно и все были довольны. Троегласное «ура» разлетелось в ночной тиши у подножия горы Бешик-Тау в честь именитого спонсора! Естественно, обладатели термокружек сразу обмыли их, как полагается, и использовали по назначению все оставшееся время. Девчонки носили брюки-непромокайки, мужчины футболки и шорты. И, естественно, куртки и флиски были шикарным дополнением к прохладным горным вечерам! Видели бы вы лица довольных экспедиционеров!!! Результаты испытаний термокружки нас шокировали! Утром, попив кофе из кружки и благополучно её закрыв, Женя «вышел на тропу» и вернулся в лагерь через 7 часов и, как вы думаете, напиток БЫЛ ГОРЯЧИМ!!! В этот момент Евгений понял, что продвигает на рынок Архангельска и Северодвинска совсем не тот продукт. Мы все сделали выводы. Штурмовую куртку и непромокаемые мембранные штаны я уже себе присмотрел! Да все уже присмотрели и многие приобрели! Спасибо, Marmot! Вторым пунктом было использование EAZY GRILL. Этот одноразовый гриль представляет собой корытце, наполненное углем, сверху прикрытое стальной решёткой. Разжечь данное приспособление очень просто. Поджигаешь фитиль, после того как гриль переставал дымить следовало вынуть верхний лист и можно начинать готовить! Опыт показал, что лучше всех EAZY GRILL справляется с полуфабрикатами, например, с такими как сосиски! Соски хорошо прожаривались и при этом не успевали сгорать. Опыты с мясом показали, что его надо очень сильно и часто вертеть во время жарки, от того, что угли расположены близко к сетке и мясо подгорало и немного сохло. Но и свинина с бараниной, приготовленные на Чудо-гриле, были отменным угощением на вечернем столе на лоне природы. Все участники экспедиции сделали вывод, что если не охота тащить на природу мангал и все нужно сделать по-быстрому – то это именно то, что нужно! Спасибо, EAZY GRILL!
Так же отдельное спасибо все участники передают Елене Камышевой, которая очень сильно помогала в реализации сувенирной продукции. Фирменные футболки долго будут украшать торсы участников, а чашки, наполненные ароматным чаем, возвращать нас туда, где мы испытали столько положительных эмоций!
В общем, флаг экспедиции «Пещерные города Крыма» гордо развевался над лагерем, ему вторил флаг Marmot и с технической стороны лагеря за этим всем наблюдали EAZY GRILL. ОТЛИЧНО (внимательнее смотрите фотографии)!

День 4. 12 мая 2009 года
Про романтику просыпания в утреннем Крыму я уже писал! Но разве можно это описать! Это надо почувствовать! Так что, дочитаете отчет и…пакуйте рюкзаки! GPS-координаты я выложу в этом отчёте!
На откидном борту пикапа L200 был устроен импровизированный умывальник. Вода, мыло, зубная паста, полотенце. Для окультуривания не хватало только зеркала. Но мужчинам оно было не нужно и поэтому каждая женщина использовала его в палатках в одиночку.
Быстрорастворимая каша медленно попадала в наши желудки и сверху её накрывала волна горячего кофе, а иногда и чая. Припасенные ещё перед стартом вкусности украшали стол, радовали глаз и желудок! Приятное ласковое солнышко заставляло слегка щуриться, а свежий ветерок выветривал из нас остатки сна и легкого похмелья.
Знаете, не зря в американских фильмах постоянно звучит фраза с одной и той же прослеживающейся темой «У нас есть план»! Оказывается, это так облегчает жить. Все эти науки о менеджменте, о тайм-менеджменте и прочем весьма полезны и иногда помогают. План экспедиции был составлен задолго до её начала. В нем было обозначено – в какой день куда мы идём. Так и поступали. Временные рамки нас особо не волновали и все высыпались и наедались. Санаторно-курортная экспедиция встречала второй день в лагере!
На сегодня у нас был запланировано посещение пещерного города Тепе-Кермен. Что мы успешно осуществили.

Экспедиционный отчет. Часть 2. Тепе-Кермен.
В юго-западном направлении находится плато, над которым возвышается гора Бешик-Тау (Колыбель-гора), возле которой и находился наш лагель. К востоку от него на небольшой горе конической формы находятся остатки феодального замка Тепе-Кермен (крепость на вершине). Поселение относится к раннему средневековью и практически не изучено.
На Тепе-Кермене можно сосчитать до трехсот искусственных пещер, расположенных в несколько ярусов. Некоторые из них сохранились очень хорошо, а некоторые не выдержали воздействия атмосферных явлений и разрушились. Те, что находятся у подножия холма и доступны лишь снизу, использовались для хозяйственных нужд: в них в основном держали скот. Первый ярус был хлевом, а второй ярус использовался для проживания людей.
В верхние пещеры можно было попасть только с территории замка, который когда-то возвышался на горе. На остром южном выступе четко можно определить место, в котром проводили культовые обряды.
В городище есть Пещерная церковь VIII—IX веков с высеченными крестами, остатками греческих надписей и могилами. Целых наземных построек не сохранилось, здесь, как и на Чуфут-Кале, среди зарослей кустарника мы обнаружили лишь остатки фундаментов и домов.

День 5. 13 мая 2009 года
Доброе утро!
С подобной фразы в лагере у нас начиналось каждое утро. Дежурные, определённые заранее, суетились и готовили кипяток. А вы знаете – как правильно готовить кипяток в походных условиях? Надеюсь, знаете. И мы пользовали этот кипяток в своих целях! Кто-то подливал его в умывальник, что бы из него (умывальника) текла тёплая водица; кто-то заваривал чай и кофе; кто-то смело заливал вкусную быстроприготовляемую украинскую кашу. Дежурные нарезали ломтями сыры и хлеб, колбасы и различные вкусности, которые не только украшали наш быт, но и дарили нам какой-то внутренний уют.
Кстати, каждый вечер меня усаживали под тент с исторической книгой «Легенды Крыма» (книга и правда историческая – год издания 1976, т.е. раньше моего) и я декларировал вслух написанное с небольшими добавками, как бы относящимся к нам всем и всему происходящему вокруг. В общем, говорят – это надо было видеть, а точнее слышать. Я придумывал сходу всякие прибаутки и, по реакции участников, понимал, что попадал в точку. В общем, ржали все. (Приятно вспомнить).
Так же в этот вечер родилась ещё одна «легенда» нашей поездки. Лена, что из поморов и постарше, рассказывала, как люди показывали на нас пальцами, когда проезжала колонна джипов с наклейками «Пещерные города Крыма». Как она смотрела в окно, а люди смотрели на неё. Но мы то знаем, что смотрели совсем не на Лену, а на Северную Красоту. И это гордое звание Елена пронесет через всю свою жизнь (внимательнее смотрите фотографии).
Так же предыдущий вечер подарил нам 2 сюрприза в виде местных аборигенов. Один из которых пытался дозвониться до меня на протяжении трёх дней с желанием присоединиться. Игорь прочитал о путешествии на сайте Пикап-клуба. Присоединился. Сразу прописался в лагере двумя 10ти литровыми баллонами домашнего вина и головкой сыра. Коллектив принял новобранца с душой.
Вторым сюрпризом оказался местный лесник Ярослав. Очень брутальной наружности, но чистого помыслами с искренними глазами. Много разговаривал с нами. Удивлялся порядку в лагере (разбитые бутылки для местных – норма отдыха, к сожалению) и подолгу слушал наши песнопения, стоя в сторонке. Конечно, мы добрые и открытые люди не будем противиться дружбе с лесником. Ярослав на следующий день познакомил нас со своей супругой Еленой, которая пришла в гости не с пустыми руками. Произошла сцена «обмена». И оставшиеся дни Лесник и Его Жена красовались у нас по вечерам в наших фирменных футболках.

История от лесника.
В поисках заработка местные охотоводческие хозяйства дают объявления об организации охоты на разную живность. Конечно, местное население практикует охоту в самостоятельном порядке и на зайцев, и на лис с кабанами. И результаты довольно успешны. Но поступил заказ из самой Хранции, простите Франции, что местный буржуин желает подстрелить в Крыму медведя. Как понимают все люди побывавшие в Крыму, медведи там есть только в цирках. Но откуда буржуину-французишке знать об этом. Капиталист платит – медведь должен быть по-любому. Стали изворотливые охотничьи умы думать, как хорошие французские евро не упустить и медведя надыбать. Выход был найден. В гастролирующем цирке Шапито в Симферополе был куплен медведь-пенсионер, подоблезлый и немного уставший. Но это был НАСТОЯЩИЙ МЕДВЕДЬ. И наличие настоящего медведя должно было зарядить француза и французское ружье по полной программе. Француз прилетел. Как я понимаю, все смотрели известный фильм об особенностях национальной охоты. Так вот, охота по-украинские вообще не отличается охотой по-русски. Подготавливали француза около 3х дней, тем временем выдерживая на прикорме послушного и добродушного мишку-старичка в сарае у лесника. Наступает день охоты. Крым – красивый и волнистый от линии гор встречает вышедшего на тропу француза с местными егерями. Ранним утром, в участок предположительной охоты лесник привез на «газели» медведя и выпустил на волю. Как вы думаете, что будет делать медведь, который с малых лет до пенсии честно работал в цирке, кушал с рук и вообще был душкой. Правильно – искать людей. Конечно, «ау» медведь не кричал, да и вообще не кричал, он просто стал бродить по окрестностям в поисках своих цирковых друзей. Знаете, нашёл! У деревца стоял мирно припаркованный небольшой велосипед местного дедушки, который приехал именно в этот лес и в это утро по своим дедушкиным делам. Пока дед делал свои дела, медведь, переживший годы изнурительных тренировок в цирке, сел на велосипед и поехал по тропинке. Представляете глаза француза с ружьем, когда из леса на велосипеде выезжает на него медведь? Занавес. Француз улетел обратно, деньги за охоту оставил. Мишку отдали в цирк, где он, наверняка, служит по сей день, вспоминая удивленного мужчину, одновременно ругающегося и смеющего на неизвестном языке.

Получив утреннею порцию еды основная группа отправляется на Эски-Кермен, третий пещерный город, который был у нас в маршруте к посещению. Немного фотографируемся по дороге, заезжая в Бахчисарайский дворец. Почему-то этот дворец не оставил каких-то ярких впечатлений, то ли я был в нем не первый раз, то ли он реально какой-то разграбленный и грустный. Да простит меня читатель. Если окажетесь в тех краях, и у вас будет свободное время – сходите.

Экспедиционный отчет. Часть 3. Эски-Кермен.
Путь в Эски-Кермен лежит через Каралезскую долину, которую окружают со всех сторон причудливо выветренные скалы. Среди туристов эту долину ещё называют Долиной сфинксов или химер.
На южном плато и находятся руины раннесредневекового города Эски-Кермен, основанного в начале VI века.
Для своего времени – крепость Эски-Кермен была действительно могучей и не преступной и могла противостоять натиску любого противника: неприступные скалы и в расщелинах скал возвышались боевые стены с башнями. В систему обороны входили хорошо защищенные ворота и вылазные калитки, пещерные казематы — вырубленные в скалах помещения с бойницами и амбразурами. За стенами крепости могли укрыться несколько тысяч жителей окрестных деревень со скотом и личным имуществом.
Эски-Кермен – город торговцев и ремесленников. В черте города археологи (раскопки производились в 1960-70 годах) обнаружили застроенные по плану улицы, развалины зданий, наземные и пещерные храмы, хозяйственные пещеры. Найдены изделия ремесленников. В плодородных долинах занимались виноградарством, огородничеством, садоводством. В окрестностях Эски-Кермена и других средневековых городов до сих пор сохранились следы террасированных участков с виноградными лозами, давно уже одичавшими.

Мощная оборонительная система, развитая по тому времени экономика, выгодное местоположение, близость от главного торгового пути из степей к Херсонесу — все это сделало Эски-Кермен важным политическим и административным центром юго-западного Крыма. Эта его роль сохранялась до конца VIII века, когда произошло событие, резко изменившее судьбу города.
Притеснение населения хазарами, гнет светских феодалов, насильственная христианизация, осуществляемая беглыми иконопочитателями, вызвали восстание, о котором упоминает письменный источник — «Житие Иоанна Готского». Правда, он не рассказывает о причинах восстания, а лишь сообщает, что народ выступил против хазар. Это было в 787 году. Восстание охватило большую часть Таврики. Возглавил его епископ Иоанн Готский. Потом, по-видимому, он предал интересы восставших, вошел в сговор со светской властью и, как повествует «Житие», народ выдал его хазарам. Но епископу удалось бежать. Позднее он был причислен к «лику святых» христианской церковью.
Исследователи предполагают, что Эски-Кермен был одним из очагов восстания. Поэтому, подавив восставший народ, хазары разрушили систему обороны города. Но жизнь на плато не замерла. Эски-Кермен существовал после этого как незащищенное, открытое поселение. Оборонительные пещеры были приспособлены под кладовые, стойла для скота, частично переделаны в церкви, часовни, усыпальницы.
Материалы, найденные археологами при раскопках, свидетельствуют, что город был разгромлен и сожжен в 1299 году ордами темника Ногая, почти все население уничтожено. И после этого уже не возродился. Время превратило Эски-Кермен в груды камней, покрытых землей, заросших кустарником и травой.
Когда здесь побывал польский дипломат Мартин Броневский (1578 г.), он нашел уже одни развалины, которые, по его словам, «так древни, что ни турки, ни татары, ни сами греки не знают названия их». И как нельзя лучше подходит к этому городу имя Эски-Кермен, что в переводе означает «старая крепость»…
Отдельно хотелось бы рассказать о храме Трех всадников.
Храм высечен в отвалившейся от массива глыбе, имеет два входа и небольшое окно. В восточной части между каменными столбами некогда был деревянный иконостас. На северной стене, над большой, вырубленной в скале могилой, сохранилась фреска с изображением трех всадников. Средний поражает копьем змея, двое других держат копья остриями вверх. У одного из всадников на крупе коня видна фигура мальчика. Под изображением — следы греческой надписи. Храм датируется XII веком, тогда же или в начале XIII века била выполнена роспись. Однако от времени она сильно пострадала. В соседней скале вырублена ризница (кладовая), наверху высечены гробницы. Обе эти скалы стоят на территории эски-керменского некрополя.

Территория некрополя начинается южных ворот. Некогда к ним вела дорога. Она выходила на площадку, выступающую перед главными воротами. У третьего марша дороги была передовая стена (протейхизма), которая огибала выступ скалы перед главными воротами и уходила на северо-восток. На этом марше, между стеной и обрывом скалы эски-керменского плато, последовательно размещались еще двое передовых ворот. Только овладев ими или разрушив протейхизму, противник мог подойти к главным воротам.
Непосредственно над воротами возвышалась башня, по бокам от нее выступали вперед боевые площадки с парапетами. От башни в обе стороны по краю плато шла основная крепостная стена: на запад — к первому пещерному каземату и на восток — ко второму. Эти казематы составляли фланги южного участка обороны крепости. Оказавшись перед главными воротами, противник неизбежно попадал под перекрестный обстрел с надвратной башни, боевых площадок и главной стены. Таким образом, крепость с юга была надежно защищена. От всех этих укреплений ничего не осталось, кроме вырубленных в скале «постелей» (горизонтальных площадок, на которых стояли стены) да следов на месте ворот и вылазных калиток. Небольшие пещерные церкви, относящиеся к ним усыпальницы и могилы, высеченные в скале вдоль третьего марша дороги, возникли позднее — после разрушения крепостных сооружений Эски-Кермена.
Главные южные ворота, которые стоят в начале коридора, вырубленного в массиве скалы, были двустворчатыми и открывались, как обычно, внутрь. По бокам, внизу, хорошо видны углубления для столбов, к которым крепилось деревянное полотно, обитое кованым железом (подобные ворота, сохранившиеся, мы рассмотрели на Чуфут-Кале). Сводчатое перекрытие над проемом ворот в начале XIX века было еще целым. Его видел писатель — академик Павел Сумароков, побывавший на Эски-Кермене. В своей книге «Досуги крымского судьи, или второе путешествие в Тавриду» он писал: «При входе к нему просеченное в горе отверстие делает ворота, над ними виден складенный из камней свод…». По бокам ворот на боевых площадках в более позднее время были построены две небольшие часовни, нижние части которых вырублены в скале.
Коридор за воротами — это уже начало главной улицы. Вдоль него расположены пещеры разного назначения. Одна из них, слева у ворот,— сторожка, другая служила проходом в надвратную башню. Справа — комплекс смежных пещер, называемый в старой литературе «судилищем». Но это не что иное, как большой храм. Напротив входа расположена апсида с епископским креслом посреди синтрона — ступенчатой скамьи, идущей по полукружию алтаря. На другой стороне справа — скамьи для прихожан, слева — купель. Потолок поддерживали четыре колонны. Это самая древняя часть храма, сооруженная одновременно с крепостью. Церковь с епископским креслом дает основание предполагать, что в Эски-Кермене находился центр епархии.
Позднее храм расширили к северу. В полу устроили могилы и усыпальницу, прорубили еще один выход на главную улицу. Когда город стал открытым, храм расширили и в восточную сторону, вправо от апсиды. Вдоль обрыва последовательно вырубили два придела (особые добавочные алтари). При сооружении второго прорубили во внешней стене дверь, из которой вниз к могильнику вела деревянная лестница.
От храма идите по плато на запад от главной улицы к первому пещерному каземату. Он расположен в выступе скалы, которая висит над дорогой, ведущей в крепость. В стенах каземата сохранилось шесть отверстий. Возможно, что через три из них, расположенных на уровне пола, на штурмующего противника сбрасывали приготовленные камни. Через бойницы можно было стрелять по врагу из лука. Но основной задачей воинов, засевших в этом укреплении, было защищать проход, ведущий на плато по расщелине в скале. При каземате находилось два вспомогательных пещерных помещения. Одно из них — кладовая, в ее полу сохранились углубления для установки сосудов. Второе, вероятно, служило небольшой казармой, где могли отдыхать воины. К каземату с примыкающего к нему мыска через расщелину вели лесенка и перекидной мостик. На поверхности этого мыска видны круглые отверстия зерновых ям. Для раннего Эски-Кермена это характерно: возле каждого оборонительного узла располагались зерновые ямы. Запасы зерна делались заранее и, видимо, окрестными жителями, так как они тоже принимали участие в обороне города во время его осады неприятелем. После разрушения укреплений над казематом построили наземную церковь.
Между вторым и третьим казематами на краю обрыва находился небольшой пещерный храм, в который вела лесенка, высеченная в скале. На западной его стене сохранились фрагменты росписи. На фреске изображено успение Божией Матери, отсюда произошло и его название — храм Успения, Роспись предположительно датируется концом XIII века. Первоначально на месте церкви была цистерна для воды, созданная вместе с боевой стеной и входившая в систему обороны. После разрушения стены цистерну расширили, горловину заложили плитой, сделали подход сбоку, со стороны обрыва, и устроили в ней давильню винограда с резервуаром, в который стекал сок. В глубокой яме в полу, по всей вероятности, стояли пифосы, так как при раскопках найдены их осколки. Позднее, когда здесь устроили храм, яму засыпали.
По остаткам укреплений можно довольно полно восстановить всю систему обороны крепости. Но о повседневной жизни Эски-Кермена сведения скупы. Раскопано всего лишь два участка жилых домов позднего времени существования городища, когда Эски-Кермен стал открытым поселением. Оба жилых комплекса стояли на месте более древних построек. Дома были в большинстве двухэтажные, такие же, как и в Чуфут-Кале. Исследования показали, что эти дома погибли от пожара. Найдена давильня винограда, в пифосах — зерна проса. Рядом с домами видны высеченные в скале подвалы и ямы для установки пифосов. Ямы, вероятно, закрывались деревянными настилами. Если от жилого комплекса пройти через заросли кустарника вверх на запад, тропа приведет к развалинам большого христианского храма, имевшего форму базилики. Он был построен в VI веке одновременно с городом и крепостными стенами, но позднее перестраивался. «О былом значении и о славе Эски-Кермена,— писал М. Броневский,— свидетельствует храм, украшенный мраморными и серпентиновыми колоннами, хотя он повержен на землю и разрушен».
В плане храм прямоугольный, с тремя выступающими к востоку апсидами. Внутри они полукруглые, снаружи пятигранные. Колоннами здание разделялось на три нефа. Археологи установили, что базилика погибла в VIII или IX веках, скорее всего при разрушении хазарами городских укреплений. Но так как жизнь на Эски-Кермене не прекратилась, горожане, намереваясь отстроить ее заново, привезли мраморные колонны и капители. Однако осуществить это намерение им почему-то не удалось. На месте величественного храма в западной части его южного нефа появилась убогая часовня, а вся остальная территория базилики стала кладбищем.
Для всякой крепости важнейшим был вопрос снабжения водой ее защитников на случай длительной осады. На Эски-Кермене он был разрешен благодаря сооружению вероятнее всего одновременно с крепостью так называемого «осадного колодца». Чтобы его осмотреть, надо от базилики вернуться к жилым домам и вновь выйти на тропу, ведущую вдоль восточного обрыва на север. Пройдя метров сто, увидите в зарослях кустарника, у самого края обрыва, четырехугольное отверстие. Это люк входа в колодец. Шестью маршами уходит вниз крутая лестница, высеченная в толще скалы. Между маршами устроены площадки, на средней для освещения лестницы в сторону обрыва прорублено окно. Лестница заканчивается каптажной галереей длиной около 10 метров. В галерею с потолка просачивалась вода. Возможно, здесь из естественной пещеры вытекал небольшой источник, воду которого строители крепости перехватили в толще скалы до выхода из пещеры. Ее накапливалось, по-видимому, вполне достаточно, чтобы защитники города и его население могли выдержать длительную осаду. По произведенным подсчетам в раннее время существования колодца в нем более или менее постоянно держалось до 70 кубометров воды.
По западному обрыву плато тоже шла крепостная стена с казематами, башнями и другими сооружениями, однако эта часть города больше засыпана землей и заросла кустарником. Северная часть плато Эски-Кермена заканчивается небольшими, изолированными друг от друга скалами. По вырубкам видно, что они когда-то соединялись между собой перекидными деревянными мостиками.

День 6. 14 мая 2009 года
Просыпаешься… Как можно сделать так, что бы просыпаться вот так каждое утро? Почему дома просыпаешься под звуки просыпающегося города, заводящихся моторов, бибиканья, торопливого цоканья каблуков, какого-то непонятного шелеста и соседских будильников? Почему, мы – любим природу, а живем в городе? Почему? Это уже другая тема. А сегодняшняя тема – это завтрак кашей с пряниками! Сегодня нам предстоит посетить пещерный город Мангуп. Вчера вечером мы снова смеялись и читали легенды, по одной из которых маленький мальчик, который жил на Мангупе в далёкие времена, сбросился со скалы… А в 2003 году на Мангупе я повстречал группу полухиппи, т.е. неработающую молодёжь, которая приезжает в этот пещерный город в поисках истины. И большинство из них находит её здесь, покуривая траву и попивая местное вино, пока не кончатся деньги. Но речь не о них.
Кстати, собираясь в горы, с целью полазить, не забудьте взять с собой альпеншток или телескопическую палку, которая, даже на небольших спусках и подъёмах, облегчит вам перемещение. Так вот, вооружившись этими чудесными палками, мы отправляемся на Мангуп. Всем участникам восхождение на Мангуп почему-то показалось самым сложным, хотя оно, как мне показалось, было более пологим, но продолжительным. Знаете, скорее всего, сказывалась небольшая накопленная усталость от посещенных ранее мест, хронический недосып, ну и, естественно, последствия хорошего вечернего отдыха. Свежий воздух делал своё дело, возвращая всех к полноценной жизни, унося с собой из легких последние остатки городских газов и запахи вчерашних посиделок, и мы уверенно шагали все выше и выше, повышая собственные самооценки с приговорками «Я сумею! Я смогу!». Сумели и смогли все! Мы были на Мангупе!

Экспедиционный отчет. Часть 4. Мангуп.
От подножия плато открывается великолепная панорама северного фасада Мангупа с выступающими вперед четырьмя острыми мысами -пальцами: Сосновый, Эллинский, Таврский, Дырявый.
Напротив него высится неприступный массив Чардаклы-Баир, образуя ущелье Шайтан-Дере. Несколько миллионов лет назад они составляли единое целое, но в процессе естественной эрозии Мангуп превратился в большой останец высотой около 600 м. С трех сторон он ограничен отвесными стенами высотой более 70 метров. Это позволило построить здесь древний город крепость, крупнейший на территории средневекового Крыма, при необходимости принимающей под свою защиту значительные массы жителей окрестностей. Удивительным является тот факт, что на территории Мангупа есть достаточно мощные источники питьевой воды. Она собирается в трещинах массива со всей поверхности города и выходит на поверхность в верховьях балок.
Поднимаясь по тропе, сначала мы обнаружили остатки древнего кладбища, которое очень напомнило нам кладбище близь Чуфут-Кале. Но здесь меньше надгробий и очень мало целых и сохранившихся плит, можно сделать выводы – что поселение на Мангупе несколько моложе, чем на Чуфут-Кале.
Пройдя мимо остатков двух оборонительных стен, мы попадем к развалинам цитадели – храма. Поражают размеры фундамента. Задумаешься и понимаешь, что жители Мангупа давно «вылезли из пещер», раз научились строить подобные сооружения. Некоторые каменные элементы с древними орнаментами сохранились в довольно приличном виде.

Легенда от Вики.
Вика поведала нам, что этот Храм Жриц и каждый путник, попадающий в город, обязательно сначала посещал этот храм. Жрицы встречали его в легких одеждах, омывали путника отварами из трав, поили его зельем, а далее происходил обычный процесс ассимиляции населения, дабы добавить в ограниченное пространство приток свежей крови и генов. Конечно, опоив и отобрав у путника всё его имущество с генами, жрицы вонзали острые ножи в его тело и теплая красная кровь ручьями лилась к подножию этого великого пещерного города.
Вдоволь посмеявшись и помечтав о таком храме в нашем базовом лагере, мы вышли на большое открытое пространство с безумным синим небом, огромным количеством облаков, сочной травы под ногами и цветущим великолепием разнотравья и лаванды. Поморы, узнавая новости из своего города по смс, радовались, что попали их -2 в +23. После их возвращения домой, через пару недель, они будут повторно наблюдать цветущую сирень.

Историческая вводная. После гибели Эски-Кермена центром юго-западной Таврики стал Мангуп — самый большой по площади средневековый город в этой части полуострова.
У исследователей Мангупа нет единого мнения о времени его возникновения. Одни считают, что город построен в VI веке и тогда же стал центром юго-западной Таврики, ее главной крепостью. Другие относят его возникновение к X—XI векам и связывают это событие с разрушением укреплений Эски-Кермена хазарами. Раскопки советского времени показали, что уже в первые века нашей эры на плато Мангупа в районе мыса Чуфут-Чеарган-Бурун существовало поселение. В V—VI веках возникла небольшая крепость на мысе Тешкли-Бурун. В XI веке началось строительство большого города, занявшего со временем почти всю территорию плато.
Надписи на камнях, связанные со строительством крепостных стен, а также письменные источники говорят о том, что в ХШ— XV веках город именовался Феодоро. В русских и западноевропейских источниках его называют Мангупом. Владели городом, как предполагают, с XV века князья из армянского рода Гаврасов, видных византийских деятелей, правивших ранее в Трапезунде. Генуэзцы именовали их «господами Феодоро», русские — мангупскими князьями, а княжество — Маигупским. Территория, которую занимало княжество, в западноевропейских документах часто называлась «Готией».
Время возникновения княжества точно не установлено, но, безусловно, оно существовало до татарского нашествия и было одним из самых больших в юго-западном Крыму. Его границы на северо-востоке доходили до реки Качи, на западе — до земель Херсонеса, а на юге княжеству до появления генуэзцев, принадлежало, по-видимому, все побережье от Алушты до Балаклавы (в которую, кстати, мы заглянули сразу после посещения Мангупа).
Население княжества состояло из потомков тавров, скифов, сарматов, аланов; были также греки и караимы, армяне и татары, принявшие христианство. Занимались в основном полеводством, огородничеством, садоводством, виноградарством и виноделием, скотоводством. Жители прибрежных районов — рыболовством, горожане — ремесленным производством: гончарным, кожевенным и другими. Когда золотоордынский темник Ногай в 1299 году разгромил города юго-западной Таврики, Мангуп уцелел. Княжество Феодоро не погибло и в 1399 году, когда полчища хана Едигея огнем и мечом прошли снова по этому краю, разрушили и сожгли многие города и селения, в том числе Херсонес. Правда, Мангупское княжество потеряло часть территории, на которой обосновались татары. А генуэзцы захватили некоторые приморские владения, включая район нынешней Балаклавы, где построили крепость Чембало. И все же княжество сохранило ) свою независимость и еще долго оставалось довольно сильным. В XIV—XV веках оно играло заметную роль не только в истории Крыма. Письменные источники упоминают о связях княжества с Москвою, Валахией (Молдавией). Это была политическая сила, с которой считались не только генуэзцы, но и татары.

Как и вся история караимов, история мангупских правителей изучена недостаточно. Первым из наиболее известных князей был Алексей, который именовал себя «господином и владыкою Феодоро и Поморья». Он правил до 1434 года. При нем велось интенсивное крепостное, дворцовое и церковное строительство. Росла внешняя торговля, построили собственный порт Авлиту недалеко от устья реки Черной, впадающей в Северную бухту Севастополя. В 1427 году для его защиты была перестроена крепость Каламита. Скоро Каламитский порт стал главным в юго-западном Крыму. Это чувствительно ударило по торговым интересам генуэзцев и закончилось вооруженным столкновением. Энергичного князя Алексея, вступившего в открытую борьбу с итальянцами, поддерживал хан Хаджи-Гирей, который, однако, стремился извлечь свои политические выгоды. В 1433 году Алексей предъявил консулу Кафы Батисте де Фаранри свои претензии на Чембало и, не дождавшись ответа, направил в крепость под видом купцов своих лазутчиков, а затем и войска. Местные рыбаки, недовольные установленными генуэзцами порядками, поддержали мангупские войска. Солдаты генуэзского гарнизона бежали в Кафу (Феодосию). Крепость перешла во владение Мангупского княжества. Действия князя Алексея вызвали переполох в Генуе. Чтобы восстановить свой престиж и вернуть утраченную крепость, итальянцы отправили к берегам Таврики эскадру из двадцати галер и шести тысяч отборных воинов под командованием Карла Ломеллино. В июне 1434 года эскадра появилась у Чембало. После недолгой осады генуэзцы ворвались в крепость, истребили ее защитников и многих горожан. Сына князя Алексея и его приближенных, попавших в плен, заковали в кандалы и отправили в Геную. Каламита была сожжена. После генуэзцы отправились в Кафу по суше и по морю, повсюду чиня разбой. Ломеллино пошел на Солхат (Старый Крым), решив проучить и татар, но был наголову разбит Хаджи-Гиреем и бежал в Кафу. Генуэзцы запросили у татар мира, который и был подписан в Солхате. Вскоре после этих событий Алексей скончался, и княжеством управляли его сыновья — Алексей, которому генуэзцы вернули свободу, Олубей и Исаак (в русских источниках — Исайко). Была восстановлена Каламита, процветала торговля, успешно конкурируя с итальянцами. Почти четыре десятилетия их политика оставалась неизменной. Однако при князе Исааке политическая ориентация стала иной. Генуэзцы начали искать союза с мангупским правителем. Исаак посетил Кафу, где, по-видимому, заключил мирное соглашение с итальянцами.
Княжество Феодоро в этот период имело важное политическое значение в Северном Причерноморье. С мангупскими князьями не только считались, но и стремились породниться правители соседних стран. Сваю дочь Исаак выдал замуж за Стефана III, государя Валахии. Московский великий князь Иван III намеревался женить сына на другой дочери Исаака. Предварительные переговоры вел русский посол Н.В. Беклемишев, боярин А.И. Старков должен был посетить Мангуп, передать Исааку подарки, начать переговоры о сватовстве. Однако весной 1475 года Исаак умер, и власть, видимо, захватил один из сыновей Олубея. Старший сын Исаака Александр в это время гостил у своей сестры в Молдавии. Узнав о смерти отца, вернулся в Крым с отрядом валахов (молдаван) в 300 человек, который дал ему в помощь Стефан III. Александр высадился в бухте Ласпи и, прибыв в Мангуп, вступил на престол. Но через несколько дней турецкий десант высадился у Кафы, и она пала. Вслед за нею были захвачены и другие генуэзские колонии в Крыму. Турецкая армия подошла к Мангупу в июле 1475 года. Почти шесть месяцев длилась осада, пять раз противник штурмовал крепость, но так и не смог ее взять. Только в декабре голод заставил защитников Мангупа сложить оружие. Турки разграбили город, большинство зданий сожгли или разрушили, многих жителей, в том числе и членов семьи князя, увели в плен. Александр был казнен. Мангуп и все земли княжества были объявлены собственностью султана. Здесь до XVIII века стоял турецкий гарнизон. Жизнь в городе постепенно угасала. Посетивший Мангуп Мартин Броневский писал: «Теперь там остались только греческая церковь святых Константина и Елены и другая, святого Георгия, совершенно ничтожные. Там живет один греческий священник да несколько евреев и турок: прочее все приведено в ужасное разорение».
Когда турки, потерпев поражение в войне с Россией, ушли с полуострова, крепостью недолго завладели татары. После присоединения Крыма к России Мангуп покинули последние его обитатели. Так прекратил свое существование большой средневековый город Мангуп.

«Крепость Мангуп необыкновенно величественна, и можно сказать буквально, что она подымается до облаков. Другой подобной крепости нет во всей Европе»,— писал профессор Кембриджского университета Эд. Кларк, побывавший здесь в начале XIX век» с академиком П.С. Палласом.

Хорошо видны остатки оборонительных стен, развалины домов. Хотя все поросло травой и кустарником, можно проследить очертания площадей, направления улиц и переулков, отходивших от главной улицы города, которая пересекала плато с востока на запад. Жилые дома с хозяйственными пещерами и наземными постройками аналогичны усадьбам Эски-Кермена и Чуфут-Кале. Пред нами Мангуп престал как гордый и добрый хозяин, отворивший двери – мы увидели безумное количество красивых облаков, неописуемые линии горизонта, и огромное количество цветущего разнотравья. То тут, то там попадались следы автомобилей. Дорога, позволяющая въехать на Мангуп существует, но, по предупреждению лесника, мы не поехали – по дороге разбросано огромное количество шипов.

Спуск с Мангупа не показался таким долгим, как подъем и мы быстро собрались внизу, пофоткались и решили поехать в сторону Балаклавы, дабы посмотреть там крепость. Крепость оказалась вся в лесах, её фотографировать смысла не было. Но вид, который открывается от неё заворожил. Море казалось синим-синим! Порывы ветра обдавали нас свежей волной и дневная усталость улетучивалась! Конечно же, мы знали, что в лагере нас ждёт замечательный прощальный ужин, т.к. это был последний вечер на горе. Завтра мы должны будем сняться и выдвигаться на побережье, для обоснования в более цивилизованных условиях возле моря.

День 7. 15 мая 2009 года
Собирать лагерь – это совершенно другие ощущения, нежели его ставить. Все такое родное и обжитое. Кто-то песни до утра поёт, кто-то ворчит, кто-то постоянно жжёт костер и ему больше ничего не нужно, кто-то спорит, кто-то готовит еду, а кто-то просто наблюдает! Даже Шакира уже обжилась в лагере, наметив место для своего туалетика (кто был, тот поймёт), и вечерами, изображая усталость, уходила ко мне в палатку и занималась прогреванием спальника. У нас был отличный душ, мы были чистыми и красивыми. Очень правильно налаженный быт с несением дежурства показал свое право на существование!
Спасибо тебе, лагерь экспедиции «Пещерные города Крыма 2009»! Сколько песен мы спели в твоих недрах! Сколько легенд услышали и сколько пролили слез от смеха! Сколько снов пересмотрели! Сколько вкусной каши мы съели, какие были вкусные шашлыки и калканы (черноморская камбала), а сколько вина утекло… В общем, собираться надо!
Лесник Ярослав привел своего лучшего осла для лучшей девушки из России. Вика смела решилась взобраться на это гордое животное, сделала полукруг по лагерю и осёл, элегантно вильнув хвостом, увёз Вику в лес. Пока мы выезжали, ставили машины в ряд и собирались для фотографии, Вика на осле вынырнула из ближайшего подлеска и направилась к нам. В путь!

На этот день у нас был запланирован выход по Большому Каньону Крыма, взятие Ай-Петри, осмотр водопада Учан-Су и заселение в пансионат вблизи Судака. Припарковавшись у сторожки лесника (а лесники в Крыму, как показала практика, весьма довольные жизнью и заработками люди), заплатили экологический сбор местному сборщику дани и отправились в Большой каньон. По информации – маршрут составляет около 1,5 км в одну сторону, но извилистая тропинка, то поднимающаяся резко в гору, то спускающаяся по каменистым насыпям к воде всех немного поизмотала. Московские жители с радостью наполняли свои лёгкие безудержным ароматом цветущих трав, а уши – красивыми и нескончаемыми трелями птиц. Где-то высоко-высоко над нами парил какой-то большой орлан или гриф, под ногами сновали юркие разноцветные ящерицы. Чего-чего, а ящериц в эту крымскую поездку было столько много, что если их считать, то не хватит цифр, например, в калькуляторе. Я бывал в Большом Каньоне несколько раз и примерно представлял картину, которую должны увидеть мои попутчики. Они были в восторге! Я с радостью умылся в ваннах молодости, испил воды из карстового источника и был горд за свою собаку, которая лезла по скользким от воды камням, впереди меня! Помор дядя Юра останавливался у каждого корявого дерева и мечтательно вслух думал о возможностях доставки его в родовое северодвинское гнездо для украшения интерьера. Был объявлен конкурс на нахождение «самой кривой коряжки» для транспортировки домой. Естественно, невестка взрослого помора со звучным именем Северная Красота одержала в нем неоспоримую победу, взамен коряжки выпросив у раздобревшего тестя что-то очень нужное. Конечно, люди, приехавшие с севера в самое сердце горного Крыма не могли не вымыть свои телеса в вековых источниках молодости. Вода, снимающая усталость, десяток лет и слои экспедиционной пыли, бойко струилась по их телам, а они при этом издавали оглушительные звуки. Наверное, для северных людей, подобные громогласные высказывания являются привычным дело, но для людей из других регионов (читай – неподготовленных), эти крики явились как командой к скорому отступлению и незнакомые нам туристы быстренько свернулись и освободили территорию с ваннами молодости для северных ныряльщиков. Душа русского человека любит петь и это, скажу я вам, прекрасно! (хоть со стороны может выглядеть и чудовищно).

После Большого Каньона Крыма, естественно, мы застремились на Ай-Петри. Что бы доехать до Ай-Петри нужно было сначала взобраться по горному серпантину на плато, а уж потом по более-менее ровной дорожке заехать на смотровую площадку. Что такое горный серпантин знает только тот, кто по нему хоть раз в жизни проехал. Средняя скорость по спидометру около 10 км/ч, В общем, 20 км мы ехали около 2,5 часов. Хорошо, что все были предупреждены и не кушали, а так хотелось.
Знаете, территория Ай-Петри с 2004 года очень сильно изменилась. Обширно застроилась и разрослась так называемая обслуживающая часть с сувениркой и едой. К сожалению, хаотично настроенные полубараки с написанными сверху номерами, это ещё пол беды… но вот люди… которые там работают, так называемые зазывалы… накинулись на нашу колонну когда мы ещё въезжали на стоянку… толпа зазывал в количестве около 50ти человек обступили нас со всех сторон и кричали на перебой «идите к нам», «брат, поешь у нас» и т.п… Конечно, взятие серпантина сыграла свою маленькую, но роль, и эти крики наложились на усталость от дороги и вся группа произвела внутренний рвотный рефлекс к данному месту. Есть мы там не стали и вам не советуем. Забыли как страшный сон и пошли дальше, молча.
Сама смотровая ничего из себя не представляет (если вы не были наверху) – обычный фуникулёр и вид Ялты. Надо подняться на самый верх. Вершина Ай-Петри с самой легкозапоминающейся высотой 1234 м (цифры подряд, как в букваре) предстала перед нами. Решено – Вверх! Тем более, самооценка после всех посещенных пещерных городов, была на приличном уровне! Платим очередной экологический сбор и двигаем вверх по маркированной каменистой горной тропе. Диковинные деревья, все в бородавках и с кривыми сучьями и стволами гордо стояли как стражники на тропе. В темноте они выглядят скорее всего жутковато. Но мы шли, пытались петь и вот оно счастье! Высота в 1234 м взята! Кричим уже ставшую родную немецкую кричалку, фоткаемся, все это безобразие снимаем на камеру! Любуемся видами Ялты и соседних городков… Красота. Ай-Петри очень светлое и сильное энергетическое место. Не хочется уходить. Хочется замереть и дышать, дышать…

Вымотанные не сколько расстоянием, а сколько серпантинами к вечеру мы приехали на базу «Мариандида», где я был в прошлом мае. Разместились и поехали кушать в Судак. Поиск кафе в 23:00 поставил многих местных в тупик, нам рекомендовали 2 места, но я не буду про них писать, т.к. писать про них откровенно нечего. Покушав лагмана и еще чего-то отправились домой. Шакира, запертая в домике, получила свою заслуженную порцию блинов с мясом.
День 8. 16 мая 2009 года
Проснувшись утром, каждый водитель обнаружил приятную благодарственную записку от экипажа Миши (Миша, Максим и Вера) о том, что им было приятно провести это время с нами! Ура! В добрый путь. Они переночевав, уехали рано утром по дороге через Керчь. В последствии оказалось – на пароме и прохождении границы на Керченском КПП можно потерять до 4х часов, а далее постоянно встречаться с лютыми российскими гаишниками.
Приятно и нежно позавтракав на веранде «дворца братьев Ираклия и Константина», выслушав интересную и поучительную историю об одной крымской красавице мы ринулись покорять Галицынскую тропу.

Тропа представляет собой экологический пеший маршрут для практически неподготовленных туристов и поэтому я пообещал нашим, что в конце мы поднимемся на гору Караул-Оба, у подножья которой мы и разместились. Плавно перемещаясь по тропе в верх с небольшим набором высоты мы останавливались чтобы полюбоваться ПРИРОДОЙ, в её самом прекрасном понимании. Море, сосны, воздух, дельфины, красивые виды… каждый получил эмоциональный заряд из флюидов счастья и умиротворения, хотя по некоторым их нас интенсивно бежали струйки пота. Пройдя «Врата Ада», щель между близкорасположенных к друг другу камней мы попали к «Холодильнику», который представлял из себя глубокую расщелину в скале, из которой даже в сильную жару сквозило прохладой. Охладились практически все и мы отправились дальше. А дальше нас ждал небольшой крутой подъёмчик, где смелого горного лабрадора приходилось подсаживать (а после на животе обнаружены были небольшие царапины). Собака не сдавалась и после преодоления очередного препятствия всегда оборачивалась и смотрела как там справляется её хозяин! А справлялись все! Красота вокруг и вообще Крым вливали в наши вены и лёгкие какой-то необычный стимулятор, природный стероид, который давал нам столько энергии (что мы её чувствовали даже по приезду домой в Москву). Постояв у развороченной туристами и временем лавочки, на которой любил отдыхать квартировавшийся в этих местах князь Голицын (плотно занимавшийся виноделием), посмотрели на Царскую бухту, в которой снимался фильм «Пираты XX века» мы двинули через можжевеловый заповедник в сторону горы Караул-Оба.
Наобещав всем, что набор высоты будет всего 100 метров, много лестного я услышал в свою спину от приморённых жарой и красотой маршрута, своих друзей. Но, как только они оказались на вершине, все слова были забраны обратно и мы снова, замерев, смотрели и смотрели вокруг.
Стоя на вершине горы, Игорь (имеющий дачу в Крыму уже 7 лет и увидевший многие красоты Крыма с нами в первый раз) растрогался и всех нас пригласил к себе на дачу на весь завтрашний день с поеданием барабульки и крабов, а так же с катанием на моторной лодке по бухте Меганома! Ну просто не могли отказаться!
Кстати, Игорь на горе потерял телефон, новый и блестящий. Что ж, пришлось спускаться вниз, названивая ему и прислушиваясь, спустившись где-то на половину – нашли. И сразу наверх!
Вечером съездили в Судак, погуляли по набережной, попили кофе с мороженным и, после бурно проведенного дня, приняли решение что на «веранде нашего дворца» будет куда уютнее чем в вечернем кафе. Сколько было спето песен! Только мы знаем, как звучит на самом деле песня «Рукава»! Да разве все упомнишь!
Примечание: На фотографии «Что вы видите?» я углядел девушку, руками упирающуюся в землю и, изогнув спину, вздымающую ноги вверх; даже волосы извиваются и ложатся на землю!

День 9. 17 мая 2009 года
Заключительный день.
Все проснулись с мыслью, что сегодня вечером мы ставим точку нашей большой познавательной поезде, что завтра утром часть народа двинет в Москву, поморская часть останется ещё на пару дней…
В общем, немного загрустневшие мы отправились по приглашению Игоря к нему на дачу, которая находится в Меганоме. От посёлка Веселое до Меганома ехать от силы минут двадцать и вот мы у Игоря.
Небольшой домик, хозяйственные постройки. Игорь с помощью ребят грузит лодку на прицеп и мы едем к морю!
Море, море! Долгожданное Черное море! Хоть у нас вчера и был свободный день, но мы потратили его на лазанье по Караул-Оба, а в море так и не искупались! Поморы, с мыслью, что у них дома сейчас +2 и дождь со снегом, смело ныряют в воду, снова издавая крики то ли диких тюленей то ли белых медведей.
Шакира под руководством Юры научилась плавать, предварительно глубоко нырнув! Потом же нарезала круги вдоль пляжа как заправская подводная лодка с торчащей из воды головой.
Игорь заправски спустил лодку на воду, завел 25ти сильный мотор и славно нас всех покатал до соседней бухточки, где рыбачит с друзьями и детьми. Лодка не могла вместить всех желающих сразу и, по этому, он катал нас группами по очереди. Поразило количество больших медуз вдалеке от берега. А ещё нам повезло – рядом с лодкой на скорости нёсся добрый дельфин и показывал нам свои бока! Девчонки визжали! Разве в поморском крае можно встретить дельфинов. А я им говорил, когда все хорошо и по доброму – мир тебе отвечает тем же: Мечты сбываются!

Как описывать то, что было дальше? Честно, я себе не представляю!
Мы трескали вкусную слегка подсоленную брынзу, запивали её вкусным местным вином… варили крымского краба, которого была целая ванна… девочки сначала чистили, а потом жарили барабульку – саму вкусную рыбу. Поморы, конечно же, сравнили её со своей родной рыбой – корюшкой. Но корюшка пахнет огурцами, а эта нет.
Во всем этом великолепии на свежем воздухе воцарилась такая атмосфера – которую мне просто не по силам описать! Кто был – тот знает…

Эпилог.
Как все начиналось? Практически незнакомые люди, встречаются на заправке, едут 2 дня, присматриваются к друг другу. Каждый день и каждый вечер обсуждается миллионы тем, спорят, кто-то даже чем-то немного не доволен. Каждый занят своим делом, дежурство по графику. Туда сходили, сюда сходили. Песни у костра. Легенды Крыма. Ржач. И тут раз. В один прекрасный момент, когда тёплое солнышко прячется за соседней горой, все в один момент поняли – всё заканчивается. Этот миг, это мгновение, больше никогда не повторится. То, что мы пережили вместе (пот при подъёме в гору, замирание сердца от окружающей красоты, грусть от заброшенных пещерных городов, игру ветра в наших волосах, запах крымского утра) никогда уже со всеми нами именного такого не повторится. Н И К О Г Д А. Будут похожие ощущения, но они будут уже в других компаниях и при других обстоятельствах.
Слёзы. Слёзы на лице, слёзы внутри.
Прощай, Крым!
До свидания, Друзья!
Каждый уезжал и увозил внутри себя какое-то маленькое открытие («Ромео, вперёд! – что же вы раньше не сказали»; «Я поняла — как надо отдыхать!», «7 лет дача в Крыму, а первый раз увидел, на сколько Крым многогранен» и …)
Спасибо вам, Друзья!

А при подъезде к лагерю сбылась ещё одна мечта, которая сквозила через весь поход – Увидеть ёжиков! Подготовленный природой ёж, в боевом колючем снаряжении, аккуратно вышел в свет Фар моей машины и остановился, что бы Северная Красота прикоснулась к природе в буквальном смысле слова!

Спасибо всем участникам. Мы все что-то передали друг другу и приобрели друг от друга. А это и есть самое ценное, что может подарить нам Жизнь!

Спасибо всем читателям, у которых хватило времени и терпения прочитать описание нашего путешествия, ознакомиться с историческими справками и просмотреть фотографии.

Полезные GPS-координаты:
1. Лагерь N 44°43.880` E033°55.206`
2. Чуфут-кале N 44°44.360` E 33°55.665`
3. Тепе-Кермен N 44°42.930` E033°55.828`
4. Эски-Кермен N 44°36.709` E033°44.309
5. Мангуп N 44°35.437` E033°48.232`
6. Кран с водой в Бахчисарае N 44°44.842` E033°53.147`
7. Родник за городом N 44°42.063` E033°52.615`
8. Ай-Петри N 44°26.913` E034°03.376`
9. Заправка у Судака N 44°52.030` E034°59.207`
10. Координаты Весёлого N 44°49.476` E034°52.806`
11. Караул-Оба N 44°49.454` E034°53.402`
12. Самые вкусные хачапури в Судаке N 44°51.987` E034°57.854`